Миллионерша посмеялась над странной просьбой, но вскоре ей пришлось изменить своё мнение

Они остались вдвоем.

Вера стояла в центре комнаты в своем кресле, мальчик — напротив, с потрепанным рюкзаком в руках.

— Ну? — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал насмешливо, а не испуганно. — Еда у тебя. Сделку я выполнила. Теперь твоя очередь.

Мальчик опустил рюкзак на пол и расстегнул молнию.

Вера невольно напряглась. Она успела подумать обо всем: о ноже, о наркотиках, о каком-нибудь жалком фокусе.

Но он достал маленький резиновый молоточек, тонкие инструменты в аккуратно завернутой ткани и старую тетрадь в потрескавшейся кожаной обложке.

— Будет больно, — сказал он.

Вера усмехнулась.

— Мои ноги ничего не чувствуют.

— Я не про ноги.

Он открыл тетрадь. Страницы были пожелтевшими, исписанными мелким почерком, с рисунками, линиями, схемами человеческого тела.

— Это записи моего отца, — тихо сказал мальчик. — Он работал с людьми, от которых отказывались другие. Называл это пробуждением. Он говорил, что тело — сложная машина, а мозг — тот, кто ведет ее. Если водитель пережил ужас и закрыл глаза, машина может остановиться, даже если в ней еще есть жизнь.

Вера слушала, не скрывая недоверия.

— У меня поврежден позвоночник.

— Значит, путь сломан. Но иногда рядом можно найти другой. Иногда мозг учится заново.

— Ты слишком много говоришь для ребенка.

— А ты слишком рано решила, что уже умерла.

Эта фраза ударила ее неожиданно точно. Вера сжала пальцы на подлокотниках.

Мальчик взял молоточек.

— Сначала проверим, есть ли ответ. Я ударю по колену. Ты не должна просто ждать. Представь движение. Не вспоминай, как ходила. Представь, что идешь сейчас.

— Я делала это сотни раз.

— Ты делала это, чтобы доказать врачам, что они ошибаются. Сейчас сделай, чтобы выжить. Закрой глаза.

Вера хотела возразить, но закрыла.

Темнота под веками была знакомой. В ней всегда приходили воспоминания: падение, дождь, чужие голоса, неподвижные ноги.

— Ты не в кресле, — сказал мальчик. Его голос стал тише. — Ты на ногах. Ты спешишь. Тебе нельзя остановиться. Земля под тобой твердая. Мышцы напряжены. Ты делаешь шаг, еще один. Быстрее. Не думай о падении. Думай только о движении.

Удар.

Молоточек коснулся ее колена.

Ничего.

Ни дрожи, ни толчка, ни слабой реакции. Только мертвая тишина внизу тела.

Вера открыла глаза...