Патруль остановил девушку и решил действовать грубо, не подозревая, с кем имеет дело

Здание дорожной службы встретило Оксану странной тишиной, похожей на затишье перед грозой. Она вошла через главный подъезд без сопровождающих и предъявила удостоверение дежурному. Прочитав фамилию и звание, тот едва удержал кружку. Новость о происшествии на сорок втором километре уже разлетелась по этажам быстрее официальных сообщений.

По длинному коридору Оксана шла размеренно. Каблуки отбивали по линолеуму чёткий ритм. Сотрудники расступались и провожали её взглядами, в которых смешались страх, любопытство и плохо скрытая неприязнь. Некоторые отворачивались, едва она замечала их внимание; другие, напротив, смотрели прямо, будто пытались заранее понять, насколько опасен новый руководитель.

Возле приёмной её ждал заместитель начальника, подполковник Валерий Дорошенко — грузный мужчина с покрасневшим лицом и беспокойными глазами. По измятой форме и усталому виду было ясно: последний час он провёл без сна, лихорадочно подбирая объяснение случившемуся.

— Оксана Игоревна, вот уж не ожидали вас так рано! Торжественную встречу готовили к десяти, — заговорил он с натянутой улыбкой. — А то, что произошло на дороге, — ужасное недоразумение. Бондаренко считался одним из наших лучших инспекторов. Видимо, переутомился, не выдержали нервы. Мне доложили, что он уже всё осознал и готов дать объяснения. Давайте сначала проведём внутреннюю проверку.

Оксана остановилась прямо перед заместителем. В кабинет она не вошла намеренно: рядом находились дежурные, секретари и несколько сотрудников, и этот разговор должен был прозвучать при свидетелях.

— Одним из лучших? — переспросила она. — Если ваш лучший инспектор готов сфабриковать дело против водителя и применить силу к полковнику полиции, я не хочу даже представлять методы худших. Подготовьте документы об увольнении Бондаренко и Савчука по отрицательным основаниям. Немедленно.

Дорошенко замялся и начал растирать влажные ладони.

— Может быть, не стоит принимать решение сгоряча? У Бондаренко влиятельный тесть в надзорной службе, Виктор Андреевич. Человек уважаемый, связи серьёзные. Можно ограничиться взысканием или перевести инспектора в соседний район. Нам ведь ещё работать с другими ведомствами. Зачем в первый же день создавать конфликт?

На несколько секунд коридор словно перестал дышать. Перед Оксаной лежал простой и опасный выбор: принять местные правила, сохранить внешнее спокойствие и заручиться поддержкой влиятельных людей — либо довести начатое до конца и сразу получить могущественных противников. Дорошенко ждал, почти не моргая. Окружающие тоже понимали, что от её следующей фразы зависит гораздо больше, чем судьба двух инспекторов...