Платье из белого шелка: память о юной невесте, которую село не забудет никогда

Она безмолвно лежала там, словно настоящая, сказочная спящая невеста, которая просто ожидала поцелуя своего верного принца, чтобы проснуться от долгого, затяжного сна. Вокруг ее последнего, печального ложа плотным, неразрывным кольцом стояли глубоко опечаленные, полностью раздавленные этим страшным горем многочисленные родственники и верные друзья семьи. А ее убитая непоправимым горем, мгновенно постаревшая за эти несколько месяцев мать надрывно, в голос плакала, в абсолютном отчаянии ломая свои худые, дрожащие руки.

Возле самого изголовья безвременно усопшей, словно окаменевший, надежный страж, навсегда замер бледный, сильно осунувшийся от бесконечных бессонных ночей и выплаканных слез Алексей. Он предельно крепко, до самого побеления суставов и костяшек пальцев, сжимал в своих дрожащих, ледяных руках невероятно красивый, но такой страшный по своей сути прощальный букет живых цветов. Он стоял совершенно неподвижно, словно высеченная из мрамора статуя, и только беззвучно, не скрываясь от толпы, ронял крупные, невыносимо горькие мужские слезы на деревянный, полированный край гроба.

Молодой, убитый горем юноша навсегда, безвозвратно прощался со своей первой, единственной и неповторимой, такой несправедливо короткой, но такой невероятно яркой и чистой любовью. Искренне, совершенно не скрывая своих переполняющих эмоций, плакала навзрыд вся их большая деревня, провожая в самый последний, скорбный путь эту так несправедливо рано ушедшую от них девушку. И всем казалось, что вместе со скорбящими людьми очень горько плакало само серое, низко нависшее зимнее небо, всецело сочувствуя этой невосполнимой, страшной человеческой утрате.

Оно очень щедро, совершенно не жалея своих запасов, осыпало промерзшую, твердую землю крупными, пушистыми и искрящимися серебристыми снежинками, мягко падающими прямо на заплаканные лица скорбящих. Природа словно заботливо, с материнской нежностью устилала кристально чистым, сверкающим на слабом свету, мягким белым ковром ее самую последнюю, невероятно печальную дорогу к месту вечного упокоения. Эта трогательная, густая снежная пелена навсегда, безжалостно скрыла под собой все следы той недолгой, но невероятно прекрасной девичьей жизни, которая трагически оборвалась на самом своем взлете.