После ссоры жена потеряла сознание, а утром муж увидел на кухне нечто, от чего отступил в ужасе

Шагая к дому, Оксана прокручивала в голове слова соседки.

Любила ли она Богдана на самом деле, или это чувство было лишь спасательным кругом, вылепленным из ее собственного одиночества и его нарочитого, глянцевого внимания в первые месяцы знакомства?

Вечер обманул спокойствием. Богдан вернулся в приподнятом настроении, пахнущий морозным воздухом и дорогим парфюмом.

На работе его проект наконец-то оценили. Квартира блестела от маниакальной уборки, а на плите томилось его любимое мясо в густом соусе.

— Директор лично жал руку, — бросил он, стягивая галстук и включая телевизор.

— Намекнул, что кресло заместителя не за горами.

— Это же чудесные новости! — Оксана искренне улыбнулась, расставляя тарелки.

Богдан отрезал кусок мяса и отправил в рот.

Жевание прекратилось на второй секунде. Мышцы на его челюсти напряглись, превращая лицо в застывшую маску.

— Что за дрянь ты мне подсунула? — процедил он, аккуратно откладывая вилку.

В груди у Оксаны сжалась тугая пружина.

— Ты вообще соль в доме видела? — Он дотянулся до солонки, открутил крышку и демонстративно высыпал белую горку прямо на кусок мяса. — Сколько раз повторять, как я люблю!

— Я солила, может, просто не рассчитала? — Оксана сделала шаг назад.

— Не рассчитала? — передразнил он. — Три года под одной крышей, а ты элементарных вещей запомнить не в состоянии.

Резкий взмах руки.

Фарфоровая тарелка с влажным свистом рассекла воздух и разлетелась в дребезги о стену. Темные пятна соуса уродливыми кляксами расползлись по свежим обоям. Осколки брызнули на ламинат.

— Прости, — одними губами произнесла Оксана, пятясь к выходу из кухни. — Я сейчас все уберу.

— Сделаю новую порцию.

— Стоять! — рявкнул он, перекрывая путь. — Думаешь, я буду давиться твоими объедками?

Богдан ударил хлестко, отточенным движением.

Она не успела даже вскрикнуть, как кулак врезался в скулу. Вспышка боли ослепила, во рту разлился железистый привкус. Ноги подкосились, бросая ее на колени.

— Бесполезная дура! — выплюнул Богдан и силой пнул ее в бок. — Ничего не можешь сделать нормально!

Оксана свернулась в плотный комок, инстинктивно прикрывая голову руками и ожидая новых ударов. Но он лишь брезгливо перешагнул через нее и направился в ванную.

Через четверть часа из спальни уже доносилось монотонное бормотание вечерних телепередач, словно ничего не произошло. Превозмогая острую резьбу в боку, Оксана дрожащими руками собирала острые черепки и терла стену губкой. Каждое движение отзывалось спазмом в грудной клетке.

В ванной она подняла взгляд на зеркало. На скуле расцветала багровая гематома, стремительно наливаясь тяжестью. Завтра эта опухоль превратится в черно-сливовое пятно.

А послезавтра на пороге появится свекровь. Она достала спрятанный смартфон, зафиксировала в объективе распухшее лицо и багровеющий отпечаток на ребрах. Пальцы набрали текст в заметках.

15 апреля. Недосоленное жаркое. Удар в лицо. Пинок по ребрам.

Глядя на светящиеся буквы, она вдруг ощутила леденящую, кристальную ясность. Внутри больше не было сомнений…