80-летняя бабушка копала картошку и выкопала гроб

Бабушке было восемьдесят, когда она выкопала на огороде гроб. Открывшие его соседи потеряли дар речи.

За долгую жизнь баба Маша повидала всякое, но крепче всего запомнила голодное детство. Оттуда и шло её представление о благополучии: дома всегда должно найтись что поесть. Не к празднику, не от случая к случаю, а каждый день. Жизнь научила её этому раньше, чем она успела вырасти.

После войны в их семье подрастали пятеро детей. Зимних запасов едва хватало, а к весне в погребе становилось совсем пусто. Мать опять варила мучную затирку или кисель, только после такой еды скоро хотелось есть. Маша мечтала о куске мяса. Да что мяса — пусть бы хоть яйцо! Но куры к концу зимы сами едва держались, им бы до тепла дожить. Тощая Ласка почти всё молоко отдавала телёнку. Детям оставалось по полстакана. Такая малость, а вкуснее этого молока, казалось, ничего на свете не было.

В мае становилось легче. Деревенская ребятня бежала в лес, разыскивала гнёзда куропаток, ворон, галок. Добытые яйца складывали в закопчённый чугунок и варили на костре, разведённом на поляне. В золе пекли картофелины, если что-то оставалось после посадки, а девочки находили корешки и заваривали их вместо чая. Сидели потом вместе, ели, разговаривали, и голод на время отступал. Во всей деревне жили одинаково трудно, зато как хорошо бывало за этой нехитрой едой! Вот тогда и запомнилось Маше: хорошо жить — значит жить сытно. Какая же радость от жизни, если постоянно нечего есть?

Когда она вышла за деревенского кузнеца Василия, в их доме постепенно завелось всё, что полагалось, и ещё немножко про запас. К временам опустевших прилавков Мария уже стала пенсионеркой, но беду распознала сразу. Надо запасаться. Сама-то она теперь по лесам за пропитанием не побегает. Да и птицы перевелись: поля обрабатывали химикатами, в лесах травили гусениц. Куропаток почти не осталось, а гонять галок пожилой женщине как-то несолидно.

У сельского магазина очередь занимали с ночи. Мария и тут не отставала: старалась устроиться среди первых на крыльце, чтобы после привоза товара непременно досталось и ей. С пустыми руками домой не возвращалась. Василий иной раз не выдерживал. Зачем в старом шкафу в коридоре сложена целая стена хозяйственного мыла? Для чего за кроватью выставлены ровные шеренги водочных бутылок? Куда им столько добра?

— Пригодится, — отвечала жена, и разговор на этом заканчивался.

Спорить с мужем она долго не собиралась — лучше ещё раз съездить за покупками. Из районного центра приезжала нагруженная: то нарядные платки привезёт, то недорогие платья. Однажды раздобыла Василию хороший костюм, очень уж удачно попался. В нём его впоследствии и похоронили…