Я помогла пожилой женщине в магазине, а её странное предупреждение вечером оказалось важнее, чем я думала

— Машина похожая. И надпись на двери. У тех тоже было слово, связанное с жильем. Я запомнила, потому что вечером приезжали, когда днем не успевали.

Андрей Павлович еще раз увеличил кадр. Надпись расплывалась, но несколько букв действительно можно было разобрать. Этого оказалось достаточно, чтобы начать проверку.

Марина молчала. В голове у нее возникла мысль настолько нелепая и страшная, что она не хотела даже произносить ее. Если ночью приезжал оценщик, значит, кто-то заказал осмотр дома. Но дом принадлежал ей. Только ей. Она никому не давала разрешения, не собиралась продавать его, не подписывала никаких бумаг.

— Марина Сергеевна, — осторожно сказал Андрей Павлович. — Вы давали кому-нибудь доверенность на распоряжение домом? На оформление документов, сделки, переговоры?

— Нет, — ответила она сразу. — Никогда.

— А муж мог заниматься этим от вашего имени?

Марина почувствовала, как внутри все похолодело.

— Олег? Но без меня он не может. Дом записан на меня. Полностью.

— По закону — не должен, — медленно сказал инспектор. — Но на практике бывают подделки подписей, сомнительные документы, разные схемы. Нужно проверить.

К середине дня они уже сидели в офисе агентства недвижимости в деловой части города. Андрей Павлович по фрагменту эмблемы и машине нашел несколько подходящих фирм, обзвонил их, и в одной подтвердили: да, их сотрудник накануне вечером выезжал к частному дому на окраине.

Директор агентства, Денис Аркадьевич, встретил их с вежливой улыбкой, которая слишком плохо скрывала беспокойство. Он был ухоженный, в дорогом костюме, с тщательно уложенными волосами.

— Присаживайтесь, — сказал он. — Чем могу быть полезен?

Андрей Павлович показал удостоверение.

— Вчера ваш сотрудник осматривал частный дом на окраине. Нужно уточнить, кто оформлял заказ.

Директор нахмурился, открыл папку, полистал документы.

— Да, есть такой заказ. Оценка дома с участком. А в чем проблема?

Марина наклонилась вперед. Ей пришлось сжать руки, чтобы голос не сорвался.

— Проблема в том, что этот дом мой. И я никого не приглашала.

Денис Аркадьевич поднял брови...