Перед поездкой в Дубай я заметила, как муж тайком положил странную коробку в мой чемодан. Я лишь переложила её в сумку секретарши — и в аэропорту началась проверка

Терминал международных вылетов жил своим привычным беспокойным ритмом. По блестящему полу перекатывался гул сотен голосов, колёса чемоданов постукивали на стыках плит, а объявления о рейсах растворялись под высоким потолком. Оксана сидела у небольшого столика и старалась убедить себя, что впереди у неё счастливый день. Долгожданная поездка за границу должна была вернуть в их брак то тепло, которое почти исчезло за последние месяцы.

Она заранее представляла этот отпуск иначе: без звонков из офиса, срочных совещаний и вечеров, когда муж присутствовал рядом лишь телом, продолжая мысленно жить рабочими заботами. Даже утренняя суета казалась Оксане приятной, потому что вела их к нескольким дням наедине. Она поправила складки на одежде, посмотрела на мужа и попыталась отыскать в его лице прежнюю близость. Вместо неё увидела привычную отстранённость человека, для которого лежащие перед ним бумаги были важнее начала совместной поездки.

Почти десять лет совместной жизни прежде казались ей надёжным основанием, но в последнее время муж всё чаще задерживался в офисе, отвечал невпопад и ссылался на бесконечную занятость. Оксана не хотела устраивать сцену и требовать объяснений: ей хотелось верить, что несколько дней вдали от работы помогут им снова услышать друг друга. Однако уже в аэропорту рядом с их столиком возникла женщина, одно присутствие которой испортило Оксане настроение. Яна, личная секретарша Богдана, приехала ранним утром с толстой папкой документов.

По её словам, бумаги относились к срочной сделке и требовали подписи руководителя до вылета. Объяснение звучало неубедительно: документы можно было прислать в электронном виде, а доставить оригиналы мог любой сотрудник. И всё же Оксана промолчала, не желая начинать отпуск с подозрений и раздражения. Она наблюдала, как Яна склоняется к Богдану, мягко улыбается и пальцем отмечает нужные строки, а он кивает ей с той сосредоточенной доверительностью, которой давно не проявлял дома.

Их жесты по отдельности могли показаться невинными, но вместе выдавали слишком хорошо знакомую близость. Яна без приглашения склонялась к Богдану, он не отодвигался, когда её плечо почти касалось его руки, а короткие взгляды между ними длились чуть дольше, чем требовало обсуждение сделки. Оксана уговаривала себя не превращать тревогу в обвинение без доказательств. Всё же ощущение, что она оказалась лишней возле собственного мужа, не исчезало и делало воздух вокруг столика тяжёлым.

Неприятное чувство становилось сильнее, и Оксана решила ненадолго уйти. Она коснулась плеча мужа, сказала, что направляется в дамскую комнату, и не получила в ответ ничего, кроме рассеянного кивка. Богдан уже снова смотрел в бумаги, которые держала Яна. Оксана неторопливо прошла мимо кафе и магазинов, стараясь не придавать значения тяжести, появившейся внутри…